Новый памятник скифской эпохи в Западном Поволжье

В ходе двухгодичных исследований в Пильнинском районе Нижегородской области выявлен новый объект археологического наследия. Специалисты связывают его с эпохой раннего железного века, материалы которого достаточно чётко увязываются с ананьинскими и скифскими древностями.

Характер самого памятника до конца непонятен и пока интерпретируется как ритуально-погребальный комплекс. Анализ обнаруженных артефактов позволяет предположительно датировать данный комплекс V–IV вв. до н.э. Результаты опубликованы в журнале «Археология Евразийских степей» (№2, 2026).

Обнаружение нового археологического объекта в Пильнинском районе Нижегородской области имеет давнюю предысторию. В 2009 году по свидетельству местных жителей и данным мародерских сайтов археологи обнаружили Пильнинский I грунтовый могильник, расположенный на мысу коренной террасы реки Анды, левого притока р. Пьяны. Часть материалов могильника, изъятых современными грабителями, была получена Государственным историческим музеем. Коллекция была представлена предметами вооружения и конского снаряжения, поясной гарнитуры, украшениями одежды и другими предметами. Все вещи из грабительских раскопок датируются в пределах I–II вв. н. э.

В 2023 году раскопки Пильнинского могильника продолжились силами трёх археологических экспедиций под руководством ведущего научного сотрудника Самарского национального исследовательского университета им. академика С.П. Королева Сергея Зубова, научного сотрудника Института археологии РАН Олега Радюша и доцента Казанского (Приволжского) федерального университета Рузиля Саттарова. Местные жители передали исследователям находки, обнаруженные в осыпи восточного склона археологической площадки. Специалисты сошлись во мнении, что все переданные артефакты однозначно диссонировали с находками из грунтового Пильнинского могильника и были явно гораздо древнее.

Среди находок чрезвычайно примечательны бронзовая уздечная или портупейная бляха с изображением морды льва, бронзовый стержневидный псалий S-видной формы, бронзовый литой наконечник ножен клинкового оружия – бутероль, украшенный рельефным изображением припавшего к земле хищника, две круглые бронзовые уздечные пронизи. Именно на основании таких ярких материалов из сборов местных жителей было принято решение о закладке разведочного шурфа в месте, максимально приближенном к локации находок.

В результате археологи выявили погребение, которое было представлено плохо сохранившимся бедренными и большими берцовыми костями ног и плечевой костью левой руки и скоплением мелких фрагментов черепа человека. По расположению костей можно с уверенностью предположить ориентировку погребённого головой на юго-восток.

С левой стороны скопления фрагментов черепа было обнаружено бронзовое, предположительно височное, несомкнутое кольцо в 1,2 оборота из круглой проволоки. Под левой бедренной костью выявлено бронзовое украшение конской узды — наносник или налобник в виде головы грифона с глазами, сильно загнутым клювом и ухом. Также археологи обнаружили бронзовую бляху с изображением козла в профиль с продольной петлёй на внутренней стороне. Кроме этого, в верхнем слое над захоронением был найден небольшой фрагмент керамического сосуда. Фрагмент полностью аналогичен посуде, относящейся к захоронениям I–II вв. на могильнике и не соотносится с материалами погребального комплекса. Интересно, что рядом с захоронением был зафиксирован сильный прокал грунта 2 х 1,5 м мощностью 20 см. В его юго-восточной части было выявлено скопление кальцинированных костей человека.

В 2024 году раскоп был расширен. Следующими находками археологов стали скопление коронок зубов ребёнка и две, предположительно, височные подвески. Направление ямы, которое было аналогично первому погребению, и нахождение в юго-восточной части детских зубов и украшений позволило специалистам интерпретировать эти находки как погребение ребёнка, предположительно 2–4 лет.

Авторы статьи отмечают, что височные подвески в целом очень близки друг другу по размерам и оформлению. Одна из них представляет собой незамкнутое бронзовое колечко диаметром 15 мм из круглой проволоки с напущенными на него тремя округлыми бусинами — одной синего цвета и двух бусин с внутренней позолотой. Основа кольца другой подвески изготовлена из железной проволоки примерно такого же диаметра. Фрагментированность колечка не позволяет дать более точные параметры. На кольцо напущены три округлые бусины (одна синего цвета и две бусины с внутренней позолотой) и одна усечённо-биконическая бусина синего цвета.

Височные подвески/серьги с напущенными бусинами из второго погребения не дают возможности конкретизировать хронологическую позицию этого захоронения, несмотря на его территориальную близость к первому погребению и близкую ему ориентировку.

«С известной долей осторожности и оговорками мы не отрицаем полностью возможность отнесения этого погребения к скифскому времени. Находки же из первого погребения позволяют нам сделать предварительные выводы о хронологической позиции этого захоронения. Предварительная датировка погребальных комплексов Пильнинской эскарпированной площадки на основании полученного в процесс раскопок материала и находок местных жителей в непосредственной близости от раскопа определяется нами концом V–IV вв. до н. э., может быть, захватывая начало III в. до н. э.», — делают вывод исследователи.

Интересно столь дальнее расположение памятника на краю ойкумены скифского и ананьинского миров, что позволяет предполагать существование ещё одного направления торгового пути от Северного Причерноморья до Средней Волги вдоль северной границы лесостепной зоны. Вполне вероятно, что эта археологическая точка маркирует дальние контакты скифов с племенами городецкой культуры. Скифы могли общаться с местными жителями «с помощью семи толмачей на семи языках» для торговли оружием и продукцией ремесленного производства, возможно, конями «под седло», в обмен на мёд и воск, меха и рабов.

«Надеемся, что дальнейшие работы на этом ярком археологическом объекте дадут новые находки, с помощью которых можно будет уточнить хронологические позиции данного памятника и предположить его функциональное назначение», — резюмировали исследователи.

Изображение (фото): Российская академия наук